ФРЕДДИ КРЮГЕР И ЖЕЛЕЗНАЯ ЛЕДИ 

Глава 10

Ведьма с Лысой горы

Блонди кружила по гостиной, описывая в воздухе изящные пируэты. То снижаясь к самому полу, то снова взмывая вверх, она намеренно проносилась перед самым носом у Черного Монаха, едва не задевая его по балахону веником. По гостиной разносился ее звонкий смех.

- Признайтесь, падре, вы нарочно ввели ее во искушение?

- с усмешкой спросил Шелти, наклонившись к монаху.

Но тот лишь сверкнул своими сальными глазками, не в силах оторвать взгляда от этой феерической женщины.

Фредди Крюгер с грустью следил за полетом ведьмы. Он бы тоже не отказался сейчас вот так, подобно птице, взмыть в воздух. Но тяжелые ботинки висели на ногах, как гири, убивая мечту на корню.

Вдруг разыгравшаяся Блонди пролетела так низко над головой Крюгера, что сбила с него шляпу.

- О Господи! - вырвалось у Фредди. Он бросился за покатившейся шляпой.

В гостиной наступила гробовая тишина. Призрак Оперы изменился в лице. Шелти поправил узел галстука. Ведьма зависла под потолком, как будто в ее венике кончился бензин. Черный Монах выронил из рук четки, и они рассыпались по полу десятками драгоценных камней.

- Что? Что вы сказали? - прошамкала египетская мумия.

- "Черт побери". Я сказал: "Черт побери", - неуверенно ответил Крюгер, надевая шляпу.

- Не лги, сын мой! - грозно заговорил Черный Монах. - Мы здесь не глухие. Имеющий уши да услышит. Ты произнес не "черт побери", а нечто противоположное. Да как ты посмел?! Ты осквернил стены этого дома.

Фредди совсем стушевался.

- Я не хотел, я оговорился...

Из глаз монаха вырывались искры.

- Молчи, дьяволохульник! - вещал он, заходясь в гневе. - Молчи, ибо виновен есть. И если ты еще хоть раз посмеешь допустить чернотатство в стенах этого дома...

- Нет, никогда, - торопливо забормотал Крюгер. - Я больше не буду.

Монах хотел еще что-то сказать, но в этот момент под потолком раздалось истеричное:

- О, Дьявол!

Все посмотрели наверх. Ведьма висела под потолком вниз головой, тщетно пытаясь перевернуться или хотя бы сдвинуться с места. Ее длинные волосы ниспадали вниз золотым дождем.

- Что случилась, дочь моя? - заботливо поинтересовался монах.

- Веник больше не слушается, - простонала Блонди.

- Вот видите, что вы наделали, - пожурил Крюгера Призрак Оперы.

- А что?

- Вы испортили ей колдовство. Бедняжка утратила власть над веником.

- Выдирайте из веника прутья, - посоветовал ведьме Шелти. - И кидайте их по одному на пол. Так постепенно и спуститесь.

- Можно сделать проще, - промолвил Черный Монах.

Он выпростал из-под балахона свои костлявые руки. Они стали стремительно нарастать из его рукавов подобно выдвижной пожарной лестнице, причем сам монах продолжал оставаться на месте.

- Я сниму вас, дочь моя. Не бойтесь.

Вскоре его руки достигли немыслимых размеров, протянувшись через всю комнату под потолок.

- Уберите руки! - завизжала Блонди, отталкивая уже готовые схватить ее за грудь пальцы. - Наглец!

Монах одернул руки, и в одно мгновение они исчезли в рукавах его балахона.

- Простите, промахнулся, - буркнул он, заскрипев костями. - Поступайте, как знаете. А я пока соберу свои четки, - и он пополз по полу.

Воспользовавшись советом Шелти, ведьма принялась выламывать из непокорного веника прутья. Когда тот похудел ровно наполовину, ей удалось, наконец, перевернуться вверх головой. Она выдернула еще один прутик, и тут веник повело назад.

От визга Блонди у присутствующих заложило в ушах. Ведьма лихо кружила по комнате, только теперь уже задом

наперед. Мужчинам приходилось то и дело пригибаться, чтобы не получить от нее сапогами по голове.

И только Черный Монах продолжал безучастно собирать свои камешки и нанизывать их на шелковую нить.

Кончилось все тем, что Блонди приземлилась ему на спину. Под монашеским одеянием оглушительно затрещали старые кости, из рукавов повалил дым.

Блонди в испуге отскочила в сторону.

На полу возле ее ног бесформенной грудой лежал пустой балахон.

- Черт возьми, что я наделала! - схватилась она за голову.

Шелти молча подцепил продолжающее дымить одеяние и для верности тряхнул им в воздухе. Все ждали, что оттуда вывалится если не череп, то хотя бы берцовая кость. Но, кроме четок, ничего больше не выпало.

- Ну и для кого он их собирал? - с сарказмом проговорил Шелти, взвешивая на ладони переливающуюся горстку драгоценных камней.

- Для себя, сын мой, - ответил бестелесный голос из капюшона. - Для себя. Не думайте, что от меня можно так просто отделаться.

И в тот же миг балахон наполнился своим прежним содержимым. 

Наверх     |     <<     |     >>     |     На главную     |     Оглавление